Заболел гриппом? В Харькове на противовирусные средства цены в аптеке Семейная самые низкие

Лекарство от неврозов - мама

Однажды к психотерапевту Борису Зиновьевичу Драпкину привели восьмилетнего мальчика. «Мама втолкнула в кабинет нечто, и это нечто пролетело мимо меня, забилось под стол и стало выть», – вспоминает врач. За несколько месяцев до визита Саша Н. посмотрел по телевизору американский фильм «Кошмар на улице Вязов», историю про страшного Фредди Крюгера, который внедрялся в сны подростков и забирал их души в ад. После этого он стал бояться темноты, отказался ходить в школу, заговорил о том, что хочет выброситься из окна и ткнуть маму вилкой. «Мой мозг меня не слушается, – сообщал Саша, – я стану демоном, убью папу и дедушку». Через два месяца после первого визита к Б.З. Драпкину мальчик вернулся в школу, страхи прошли, разговоры о демонах и убийствах прекратились.

Эту историю мы услышали в Московском центре психического здоровья детей, где Борис Зиновьевич ведет прием. И здесь же бывший главный детский психотерапевт страны, а потом столицы прочитал лекцию – рассказал о своей системе лечения. Той самой, которая позволила ему выдавить кошмарного Фредди из хрупкой Сашиной психики.

Наверное, случай с юной жертвой телеискусства уникален. Родители Саши не молоды, ребенок появился на свет с помощью кесарева сечения. И уже с пяти лет находился под наблюдением невропатолога – жаловался на постоянные боли в животе и тяжкую усталость после сна. Но и эти невротические симптомы после применения методики Б.З. Драпкина исчезли. Прошло три года, Саша успешно учится, все у него более или менее в порядке. Правда, к телевизору мальчик подходит с заметной опаской, и это, конечно, правильно.

В коллекции Бориса Зиновьевича сотни историй, и большинство из них куда менее красочны. В основном это самые обычные детские отклонения – заикание, энурез, заторможенность, расстройства сна и аппетита. А также распространенные психосоматические нарушения, например дерматиты. Но много и сложных случаев с целым букетом симптомов. Вплоть до бронхиальной астмы.

Накопленная врачом статистика свидетельствует: если методика применялась правильно, малолетние пациенты значительно оздоровляются, а в более чем половине случаев происходит их полное исцеление. Наступает оно достаточно быстро – за один-два месяца. Ориентирован метод на мальчиков и девочек в возрасте до 10–11 лет. А заодно и на их матерей: именно им, по замыслу Б.З. Драпкина, предстоит выправлять дефекты детей, стать для них своего рода «домашними Кашпировскими».

Психотерапевт исходит из того, что между маленьким ребенком и его матерью существует очень тесная эмоциональная связь, которая закладывается чисто биологически, на стадиях беременности и кормления грудью. Практикующие врачи и психологи знают: все стрессы матери передаются ее пока еще бессловесному младенцу. Мать обычно чувствует страхи ребенка, сплошь и рядом угрожающую ему опасность. А интонации ее голоса определяют психическое, а иногда и физическое состояние малыша.

Борис Зиновьевич вообще считает, что голос матери становится чем-то вроде внутреннего голоса маленького ребенка, поэтому должен воздействовать на него гораздо сильнее любого дяди-психотерапевта, экстрасенса или даже гипнотизера. Особенно если этот мамин голос транслирует маленькому человеку то, в чем он больше всего нуждается – материнскую любовь и чувство защищенности, – своего рода психологическую плаценту.

Именно поэтому практически любая мать может стать целителем своего ребенка, еще грудного (в этом случае биологические основы их связи наиболее сильны и очевидны) и того, кто постарше. Вплоть до тех 10–11 лет, когда мальчик или девочка превращаются в самостоятельную во многих отношениях личность и ориентация на природный и инстинктивно воспринимаемый авторитет матери перестает быть полностью определяющей.

Задача детского психотерапевта при этом – подобрать подходящую для данного случая программу лечения и научить маму ей пользоваться. Обученная мать произносит, обращаясь к сыну или дочери, определенные фразы – именно те, которые «назначены» врачом. И тут есть свои правила. Фраза произносится сперва мысленно, про себя, а потом несколько раз повторяется вслух. Мама при этом может слегка прикасаться пальцами к руке ребенка. И происходит это каждый день во вполне определенное время – лучше всего перед сном, когда он уже в постели. Вся процедура вполне соответствует тому, что в психологии и психиатрии называется внушением. Но что конкретно внушается?

Сам Б.З. Драпкин говорит о разработанном им стандарте – базовой программе, состоящей из четырех основных блоков (в ходе маминой психотерапии программа может изменяться, но определяются эти изменения не мамой, а курирующим ее действия специалистом). Прежде всего то, что можно было бы назвать сигналом любви:

Мать транслирует ребенку фразы типа: «Ты мой дорогой, я тебя очень сильно люблю». Так происходит настраивание сына или дочери на общую с мамой психоэмоциональную волну.

Потом идет «физический блок»: мать внушает ребенку его идеальный, без дефектов и хворей, образ. Говорит ему что-то вроде: «У тебя хорошее сердечко» или: «Ты всегда ходишь свободно и красиво».

Следующий блок – наиболее обширный, его Борис Зиновьевич называет нервно-психологическим. И стандартные фразы тут могут быть очень разными: «Ты умный мальчик», «У тебя всегда хорошее настроение» или, например: «Ты говоришь так же хорошо, как и я, твоя мама».

И наконец – «блок народной медицины». Ведь дипломированные врачи и патентованные лекарства существовали не всегда, сотни лет детей и взрослых лечили травники и знахари. «Отдай мне свою болезнь...» – примерно так звучат включаемые сюда фразы. «Снимаемым» с ребенка заболеванием может стать и обыкновенная простуда, и что-то гораздо более серьезное.

А завершается сеанс психотерапии тем же, чем и начался, – сигналом любви. Мать подтверждает свою общность с сыном или дочерью, естественность и нерушимость их связи. Ребенок может быть спокоен: он защищен, мама с ним, она его любит.

Как это все организуется на практике? Ребенка приводят к психотерапевту, тот подбирает для него программу, мама ее осуществляет. По ходу лечения (в более легких случаях процесс этот лучше называть психокоррекцией) мальчика или девочку снова показывают специалисту, в программу могут вноситься изменения. О показаниях, сроках и результатах лечения мы уже говорили. Центр психического здоровья детей расположен в пятнадцати минутах ходьбы от метро «Ленинский проспект». Прием бесплатный, по направлению из районной поликлиники или психоневрологического диспансера.

Границы применения методики пока не вполне ясны. Бывает, что с ролью мамы-психотерапевта успешно справляется бабушка, но только по материнской линии. Попытки «поправить» приемных детей были относительно удачными лишь в тех случаях, когда ребенок считал приемную мать родной. Внушением по системе Драпкина пытались воспользоваться отцы-одиночки, но без убедительных результатов. Все это подтверждает гипотезу о биологическом фундаменте тех связей, которые существуют между матерью и ее ребенком.

Любые достижения имеют свою оборотную сторону. Слишком тесная психоэмоциональная связь с матерью накладывает определенные ограничения на развитие личности ребенка, грозит превратить подрастающего мальчика в маменькиного сынка. Сам Б.З. Драпкин прекрасно сознает опасности, связанные с неправильным применением метода, и говорит о возможном зомбировании психологически слабого ребенка волевой и чрезмерно ретивой мамой. Поэтому подчеркивает: внушение должно использоваться не для перевоспитания, а исключительно в медицинских и психотерапевтических целях. А сам курс домашнего целительства разрабатывается и контролируется специалистом и занимает вполне определенное (и не слишком долгое) время.

В чем принципиальные достоинства этого метода, его новизна?

Прежде всего, система доктора Драпкина позволяет вовлечь в психотерапию самых маленьких, в том числе грудных детей, тех, кто не осознает еще смысла маминых слов, а воспринимает внушаемое через интонации родного голоса. До сих пор психотерапевты не брались работать с детьми моложе 4–5 лет.

Существенно то, что метод не требует дорогостоящих препаратов; авторитетнейший психиатр Б.З. Драпкин всегда считал, что медикаменты в детской психиатрии должны применяться только тогда, когда без них не обойтись, и при этом на протяжении как можно меньших сроков и в минимальных дозах. Этот врач не просит дополнительного финансирования и готов быстро подготовить тех специалистов, которые смогут работать со всеми нуждающимися в самых обычных детских поликлиниках и больницах. К тому же системой Бориса Зиновьевича могут овладеть не только дипломированные медики, но и педагоги-дефектологи или школьные психологи, то есть люди, как-то знакомые с азами медицины и вполне профессионально – с нормальным поведением детей и различными отклонениями от детской нормы.

Далее, методика очень педагогична; при этом она воспитывает и гармонизирует не только детей, но и их мам: ведь успешная психокоррекция в огромной степени зависит именно от матери, ее способности к пониманию и сосредоточению, готовности чувствовать реакцию ребенка и обсуждать процесс исцеления со специалистом. Значит, терапия по системе Драпкина учит матерей, как (конкретно и результативно) любить своих детей. Совсем маленьких и постарше, здоровых и больных.

И наконец, система Драпкина проста. Как утверждает сам автор, у его метода всего две основы – могущество правильно поставленного слова и сила материнской любви.

Автор: Владимир Сипягин, газета «Здоровье детей»

Источник: zdd.1september.ru

 
Подпишитесь
на новости